В начале 2026 года к финансовому консультанту Екатерине Модылевской обратился её бывший клиент, собственник инжиниринговой компании из Екатеринбурга. Просьба была нетривиальной — требовалась помощь в составлении искового заявления по обнаруженным хищениям. Сумма иска — 30 миллионов рублей.

Четырьмя годами ранее — в 2022 году — Екатерина внедряла в этой компании сервис управленческой отчётности «Финансист». После внедрения клиент продолжил работу самостоятельно. Казалось бы, обычная история автоматизации управленки. Однако данные, которые система успела собрать, стали отправной точкой в раскрытии аферы.

Уральская компания занималась сложными и длительными проектами — от разработки технического задания до сдачи объекта заказчику. Цикл одного проекта мог занимать больше года, а потому деньги поступали неравномерно, расходы на подрядчиков и оборудование шли нестабильно и учитывались котловым методом.

Первичный учёт вели в 1С и Excel, но собственнику очень не хватало глубокой аналитики. Несмотря на то, что он видел общий оборот, ему нужны были ответы на ключевые вопросы: В компанию по автоперевозкам и обслуживанию дорог, с парком более 500 единиц техники, пришёл новый финансовый сотрудник. Несмотря на то, что вся бухгалтерия велась в 1С и данные были полными, он столкнулся с полным отсутствием управленческого учёта.

Вся финансовая аналитика сводилась к данным из 1С и платёжному календарю в Excel, что не давало никакого понимания, какая техника приносит прибыль, а какая расходы.

• Какие проекты приносят прибыль, а какие — убыток?
• Какой из филиалов работает эффективно, а какой тянет компанию вниз?
• Насколько реальные затраты соответствуют первоначальным сметам?

Компания рассматривала разные варианты для автоматизации учёта, в том числе переход на 1С: УНФ. Но бухгалтеры отказались перестраивать первичный учёт. Кроме того, настройка обмена между 1С: УНФ и 1С: БП повлекла бы за собой найм программистов и всё бы надолго затянулось.

«Финансист» же закрыл задачу иначе. Сервис встал поверх существующей учётной системы, то есть данные из 1С: БП подтягивались автоматически через интеграцию. И всё, что раньше оседало в бухгалтерских проводках без управленческого смысла, получило нужную аналитику: статью, проект, филиал и источник финансирования.

При этом там, где 1С не давала нужных разрезов, данные можно было дополнить вручную — без программистов, перенастройки конфигурации и согласований с IT-специалистами. Именно это и стало решающим аргументом для внедрения «Финансиста» — компания получала полноценный управленческий учёт в разрезе проектов и подразделений.

Работу начали с самого болезненного — денежного потока. Данные из 1С подтягивались в «Финансист» автоматически, а там, где бухгалтерский учёт не давал нужных разрезов, информацию дополняли вручную — без программистов и перенастройки конфигурации.

Параллельно в сервис загрузили данные за предыдущие периоды: это было важно для анализа в динамике и понимания того, как менялась рентабельность проектов во времени.

В итоге у собственника впервые появилась возможность смотреть на бизнес в разрезе проектов и филиалов одновременно, сравнивать фактические показатели со сметой и видеть, где именно расходятся план и реальность.

Внедрение завершилось успешно, поэтому к середине 2022 года клиент начал работать в сервисе самостоятельно. И уже к этому времени данные складывались в картину, которая вызывала вопросы.

Когда отчёты заработали в полную силу, система начала подавать первые сигналы о проблемах.

Руководителем убыточного филиала был очень убедительный операционный директор. На все вопросы собственника всегда находились правдоподобные объяснения: «рынок такой», «всплыли непредвиденные работы», «смета оказалась неточной» или «клиент сложный». В таком бизнесе каждый проект действительно уникален, и отклонения от сметы случаются у всех, а потому аргументы звучали весомо.

Тем не менее, после внедрения «Финансиста» стало видно, что у проектов убыточного филиала систематически завышена доля расходов на подрядчиков, причём не на одном проекте, а на нескольких сразу. Однако на том этапе поводом к разбирательству это не стало.

Работа по выявлению аномалий шла медленно, поскольку данные поступали неравномерно, какие-то приходилось корректировать задним числом. К середине 2023 года картина была по-прежнему неясной, но тревожные сигналы уже появлялись.

В конце 2023 года сервис «Финансист» анонсировал повышение цен на подписку, и компания не стала продлевать подписку. Официальная причина — стоимость. Но нельзя исключать, что за этим решением стояло кое-что ещё.

Операционный директор убыточного филиала к тому моменту уже видел, что система показывает неудобную картину. Отчёты фиксировали аномальные расходы именно по его проектам. И именно он был заинтересован в том, чтобы эта картина исчезла.

Компания вернулась к старым методам учёта. Но зёрна сомнения уже были посеяны.

Спустя три года, к началу 2025 года, собственник решился на полноценный внешний аудит. Один из филиалов продолжал оставаться убыточным, и никакие управленческие решения ситуацию не меняли.

Специалисты потратили несколько сотен часов, прочёсывая бухгалтерскую оборотку вручную — именно то, от чего «Финансист» мог бы избавить в разы быстрее.

В итоге аудиторы нашли повторяющийся паттерн: по нескольким проектам убыточного филиала большая доля расходов приходилась на одного и того же подрядчика, часть платежей проходила без договора и отнесения на конкретный проект, так называемый котловой метод. Когда начали копать глубже, вскрылась аффилированность. Эта компания оказалась оформлена на близкого родственника операционного директора.

Чтобы снять подозрения подрядчик действительно выполнял работы, в том числе на объектах прибыльных филиалов. Это и усыпляло бдительность, ведь компания реальная, акты подписаны, претензий по качеству нет.

Только вот наряду с обычными суммами некоторые работы имели завышенный ценник. Всё это работало годами именно потому, что без сквозного управленческого учёта никто не видел картину целиком.

Как дорого обошлась схема с аффилированным подрядчиком

Когда работа аудиторов была закончена, собственник вновь обратился к Екатерине. Теперь уже за помощью в подготовке иска на 30 миллионов рублей.

В тот момент она вспомнила, что «Финансист» ещё в 2022—2023 году показывал странную картину — аномально высокие расходы по конкретному подрядчику, убыточность одних проектов на фоне прибыльности других. Только тогда никто ещё не знал, что именно искать.

Система не назвала имён, но сделала аномалию видимой и дала людям повод задать правильные вопросы.

«Финансист» никогда не сможет заменить службу безопасности, а уж тем более стать детектором лжи. Он и не создавался для этого.

Но в связке с профессиональным финансовым директором сервис даёт собственнику то, чего в этой истории не хватало с самого начала: прозрачную картину по проектам и филиалам и возможность увидеть аномалию раньше, чем она превратится в иск на 30 миллионов рублей.

А вопрос «что, если бы подписку продлили?» останется риторическим.